Дело ТОАЗа всё больше напоминает охоту на ведьм

В Тольятти состоялось очередное судебное заседание по делу бывшего руководства «Тольяттиазота» (ТоАЗ). Дело, из-за длительности и абсурдности предъявляемых обвинений — мол, украли десятки миллиардов рублей. Да-да, прямо на глазах акционеров и тысяч работников. В это трудно поверить. С учётом того, что по делу проходит ещё и швейцарский посредник Nitrochem Distribution и его владельцы.

Фото: Vesti.RU

Процесс стал таким тягучим, увяз в попытках стороны обвинения «ловить» свидетелей на расхождениях в показаниях, при том, что разговор идёт о делах давно минувших дней — от 2007 до 2012 года. 29 ноября в суд пригласили нескольких свидетелей — работников «Тольяттихимбанка» (ТХБ), у которых прокурорские работники пытались выяснить, что делало руководство в таком-то году, встречалось ли оно с экс-руководителем ТоАЗа за границей и т.п. Будто менеджеры, даже высокопоставленные, могут знать куда начальство выезжает, с кем встречается за границей. Да и вообще, какое отношение всё это имеет к делу не ясно. Видимо, следствие руководствуется позицией «изображаем бурную деятельность».

Следом к опросу свидетелей подключились представители «Уралхима» — миноритарного акционера «Тольяттиазота», собственно и затеявшего уголовное дело в отношении бывших руководителей химкомбината. К примеру, у в ходе допроса директора финансового управления АО «Тольяттихимбанк» (ТХБ) Владимира Ботова, юристы «Уралхима» пытались выяснить, его ли подпись стоит на документах 11-летней давности. Тот лишь отвечал «похожа на мою», чем, видимо, ломал концепцию обвинителей. Больше всех при этом возмущался ещё один «потерпевший» — Евгений Седыкин.

Это тот господин Седыкин, в отношении которого ровно год назад Самарский областной суд подтвердил приговор Красноглинского райсуда Самары о признании бизнесмена в подделке, изготовлении и сбыте поддельных документов, а также фальсификации данных в едином государственном реестре юридических лиц и, наконец, покушении на мошенничество. Словом, когда у тёртого калача получилось оказаться на противоположной обычной судебной скамье, у того прорезался голос.

Не уступали и юристы «Уралхима», позволявшие себе достаточно провокационные и неоднозначные вопросы. Это возмутило представителя Сергея Махлая — адвоката Александра Гофштейна, напомнившего коллегам о правилах приличия. Однако это не помогло: в ходе допроса зампредседателя правления ТХБ Игоря Хорошева те вслух додумывали ответы свидетеля, которые сам свидетель неизменно опровергал, и это также возмутило защиту обвиняемых.

Были и другие свидетели, которых суду удалось выслушать. Речь идёт о возглавляющей отдел выездных проверок № 1 МИФНС РФ по крупнейшим налогоплательщикам №3 Светлане Колган, а также заместителе начальника отдела выездных проверок ИФНС РФ № 36 по Москве Александре Шуйкове — некогда коллеги Колган по МИФНС № 3. У них интересовались, действительно ли химкомбинат занижал цены на продукцию — аммиак и карбамид. Да, говорит Колган, занижали. И даже штраф выписали в 600 миллионов рублей. Обвинители утверждают, что «Тольяттиазот» — через своё руководство — занижал цены на продукцию для Nitrochem Distribution AG, а швейцарский посредник после продавал на международных рынках аммиак и карбамид по рыночным ценам. Сверхприбыль, понятное дело, якобы дели между собой.

Госпожа Колган, не отрывавшая глаз от бумажки перед собой, заявила, что ТоАЗ занижал цены, и пришли налоговики к этому выводу на основе исследования цен, опубликованных в профильном журнале и на основе цен у конкурентов. К примеру, компания «Минеральные удобрения» реализовывала аммиак в аналогичные периоды по более высоким ценам. Только никто, в том числе налоговики, не хотел учитывать ни объёмов продаваемой продукции, ни того, что при покупки больших объёмов принято делать скидки, а также, что главное, в некоторые месяц цены на аммиак у ТоАЗа были намного выше, чем у компании «Минеральные удобрения». Так, в августе 2010 года цена ТоАЗа составлял 320 долларов за тонну против 260 от «Минеральных удобрений», и это был не единичный месяц. Судья задал резонный вопрос свидетелю Шуйкову: «Кто же занизил цену?», на что налоговый сотрудник не смог дать вразумительного ответа.

Также надо пояснить, что обычная бизнес-практика действительно предполагает скидки за большие партии продукции. Тем более, что «Тольяттиазот» продает в четыре раза больше продукции, чем озвученный конкурент.

Сторона обвинения также пыталась доказать при помощи налоговиков, что схема хищений была так сложна, мол, в ней были задействованы нерезиденты, имелись какие-то аффилированные компании и лица. Правда, некоторые явно не представляли, что этот самый термин «аффилированный» означает. Поясним, на всякий случай: «К аффилированным лицам компании относятся: управляющий и другие „первые“ должностные лица, учредители, а также акционеры, которые, будучи инвесторами компании, участвуют во внутрифирменном управлении».

Госпожа Колган было дело заявила об аффилированности ТоАЗа с Nitrochem Distribution, но затем согласилась с тем, что в отчёте ФНС не делается вывод об аффилированности, а говорится о взаимозависимости компаний, что, вообще-то, является тем, чем занимается бизнес — взаимодействует друг с другом. Также представителю ФНС пришлось подтвердить и неудобную для обвинения данность: в проверяемый период отпускные цены на продукцию ТОАЗа постоянно менялись и в части месяцев выходили на уровень рыночных.

Поверить то, что кто-то мог украсть десятки миллиардов рублей на манипулировании ценами в рыночных условиях, особенно при таком количестве надзорных органов и акционеров, весьма сложно. Но ведь прокуроры пришли в суд не затем, чтобы в итоге выслушать оправдательный приговор…

Loading...
Реклама

Ваше мнение